эмблема журнала КОЛЕСО   Колесо - литературный журнал №22, сентябрь - октябрь 2009 года
Поэзия

Александр Панов

Из сборника «Русло», 1989

***

Первобытное чувство огня

Жечь костер заставляет меня.

Заставляет подолгу смотреть,

Как творятся

Рожденье и смерть.

Чтоб умел дорожить каждым днем,

Как далекие предки -

Огнем.

 

***

Не поздно вернуться к земле,

К извечным, глубинным истокам,

Где ел я родительский хлеб

И слушал дыханье осоки.

Где, в пламя кладя сухостой,

Вникал я в былое и небыль,

И пах, просыпаясь, простор

Созвездьями летнего неба.

Где солнце, как рыба, искрясь,

Всплывало в сетях краснотала,-

И крепкую, кровную связь

С землею душа обретала.

 

Из сборника «Брага любви», 1998

***

Любимая

С любимым говорит,

Взволнованно читаются сонеты,

Она и он вином любви согреты,

И их гнездо никто

Не разорит.

Любимая

С любимым говорит,

Стучат сердец счастливые часы -

Любви уравновешены весы,

И пламя дней устойчиво

Горит.

Любимая

С любимым говорит,

Глаза любви и верности полны -

Она и он, как в юности, нежны,

И в душах свет божественно

Царит.

Любимая с любимым

Говорит.

 

***

Не в силах

Я вину свою нести,

Прости меня, любимая, прости,

И отпусти, надеждой озаря,

Как ветер, на поруки

Января.

Я виноват,

И пред тобой винюсь,

И навсегда с тобою расстаюсь -

И поднимаюсь на костер суда

Живущего внутри меня

Стыда.

 

***

Судьба

Неумолима и груба:

Показывая вечную гордыню,

Во мне хотела видеть ты раба,

А я в тебе, любимая, -

Рабыню.

Как яблоки,

В корзину наших дней

Кладем года тревожно и понуро -

Ты не раба, любимая, ты дура,

А я дурак, наверное,

Вдвойне.

Друг с другом

Мы небрежны и грубы

И, как враги, глядим неумолимо -

Судьбы своей жестокие рабы,

Не знавшие любви

С начала Рима.

 

Из сборника «Сердцебиение», 2002

***

Пойду

К своему другу:

Есть, о чем

Помолчать.

 

***

Мы столько лет

С тобой идем друг к другу,

Что все равно, увидимся ли

Мы.

 

***

Давай

С тобой расстанемся навек,

Чтобы понять, как любим мы

Друг друга.

 

***

Как много

В жизни монолога,

А сердцу нужен

Диалог.

 

***

Я

не городской, не деревенский,

Потому что пригородный

Я.

 

***

Наедине

С самим собою

Еще я не боюсь

Остаться.

 

***

Смотрюсь

Я в человеческие лица -

И своего не узнаю

Лица.

 

Из сборника «Сон и Явь», 2002

***

На Голгофу свою восхожу.

Дни круты, но я слышу дорогу:

И помочь никого не прошу,

И другим не приду на подмогу.

Я ступаю на камни тревог,

Одержимо вершу свое дело -

И спокойно вселяется Бог

В мое бренное слабое тело.

 

***

Год за годом проходят года.

Жизнь опасна, как горные реки -

Ты пришла, чтоб уйти навсегда.

Я пришел, чтоб остаться навеки.

Зла заката горячая кровь.

Зла обрыва холодная глыба.

Бьется в заводи наша любовь,

Как большая и сильная рыба.

 

Из сборника «Мелодия тревоги», 2003

***

С клубком заигрались котята.

Старуха сбирает на стол.

Сучки, как родимые пятна,

Пометили розовый пол.

Его до обеда помыли,

Скребли добела голиком,

Чтоб плахи сосновые были,

Как солнце, вошедшее в дом.

Чтоб стало светло и просторно

От золота луковых кос.

И в души глядел миротворно

С иконы усталый Христос.

 

***

Звали деда Игнатом.

Крепок смолоду был

И работал как надо,

И веселье любил.

Пил медовую брагу,

Брал бруснику в бору

И соперников драку

Прерывал на яру.

Основательно делал

И детей, и дела,

Только баба хрустела,

Как груздочек, бела.

На высокие звёзды

С любопытством взирал

И железные гвозди

В плаху с маху вбивал.

Ставил крепкие

Сети на широкой Оби:

Больше рыбы на свете,

Только рыбу любил.

Под рубахой на теле

Крест на счастье носил,

Ведал верное дело,

Основательно жил.

 

***

Мы идём по Млечному пути,

Затоптанному тысячной толпою.

В глазах твоих, наполненных тоскою,

Испуг разлуки я не смог найти.

 

И ты любви отчётливого знака

В глазах моих не думала прочесть.

И потому оставим всё, как есть,

На совести созвездий Зодиака.

 

Из сборника «Знаки судьбы», 2004

***

Древесный уголь углежоги

Жгли, не жалея живота,

Жгли, ощущая боль тревоги,

Жгли, веря в черта и Христа.

Дымили хмуро солеварни,

Дышали домны, плавя медь,

И изнывали наковальни,

И ветер взвизгивал, как плеть.

И, власть царя крепя на Каме,

Трудились русские рабы,

Где Русь с Ордой вели веками

Вражду как общий знак судьбы.

И степь дышала зло и ярко,

Скрывая друга и врага.

И время обжигало жарко,

И соль хрустела, как снега.

 

***

Кривая сабля Маметкула *

Скользнет по горлу Иртыша,

И зябко вздрогнет тень вогула

И сонный сумрак камыша.

И в дебрях ухнет филин глухо

Сквозь мглу тайги, вспугнув века,

И вздрогнет небо, словно ухо,

Услышав голос Ермака.

И над Югрой свернет красиво

Холодный месяц топора…

И покорится силе сила,

И Русью прирастет Югра.


* Маметкул - племянник хана Кучума


 

***

Я город. Я Томск. Я ваш, томичи.

Я служу Вам издревле и строго.

И хочу, чтобы вечно стучало в ночи,

Словно колокол, сердце острога.

Я по-прежнему славен, как ранее горд.

Я живу напряженно и жадно.

И проходят века, словно призраки орд,

Перед взором моим кровожадно.

Я спокоен, и чувства как корни крепки.

Я так молод и полон отваги.

И волнует меня, долетая с реки,

Голос вольный казацкой ватаги.

 

***

Что скажет время мне в глаза,

Спустя грядущие столетья,

Взмахнув жестоко, как мурза,

Воспоминаний жесткой плетью?

Что я скажу ему в ответ,

Припомнив прошлое тревожно, -

И тяжело идя на свет,

Когда всё истинное ложно.

Когда сместились полюса,

Когда в душе засилье хлама,

И разделяет полоса

Меня с высоким смыслом Храма.

Когда мой город - мудрый врач -

Со мной беседует спокойно,

Но память, словно римский пращ,

Швыряет камни зло и больно.

 

***

Город все время рождается вновь.

Город вчера, и сегодня, и завтра.

Город - мой первая в жизни любовь.

Город - расчет и безумье азарта.

Город - аллеи, проспекты, дома.

Город - зима и желанное лето.

Город - мой сводит девчонок с ума.

Город - вопрос, что не знает ответа.

Город - не куча бездушных камней.

Город - трудяга и важный вельможа.

Город - раздумье над пропастью дней.

Город - лицо и пропитая рожа.

Город - озноб и дыханье огня.

Город - надежда и город - тревога.

Город - мой есть отрицанье меня.

Город - мой спор Люцифера и Бога.

 

Из сборника «Предчувствие любви», 2005

***

Пусть небо останется небом.

Пусть звезды срываются вниз.

Стань влагою, воздухом, хлебом,

Стань явью, мой явный каприз.

 

Стань домом, бездомное время.

Пусть совесть замучит Иуд.

Пусть месяц сверкает как стремя,

И вечность свершает свой суд.

 

Стань правдой, которой не вижу.

Стань ложью, что сердцу близка.

Стань телу и разуму ближе -

На миг, на года, на века.

 

***

Душа вздыхает обреченно,

Когда на улице темно,

И я смотрю завороженно,

Как ветер плещется в окно.

 

Как зябнут тоненькие ветви,

Как умирает свет вдали,

И мглы взволнованные стебли

Уходят в небо от земли.

 

И тени зданий, словно глыбы,

И дождь, мятущийся в тоске,

И я дышу, как дышат рыбы

На теплом золотом песке.

 

Из сборника «Благодарение», 2005

***

Еще не знаю, что я делать буду.

Как буду жить, еще я не решил.

Но, словно осторожный старожил,

Распознаю среди друзей Иуду.

 

Мне кажется, что время исправимо.

И не могу сказать ему: уйди.

А мир велик, и вечность впереди,

И ждет меня восторг и кара Рима.

 

Где я пройду сквозь колоннаду дней,

Остынут знати мраморные лица,

И прогрохочет в небе колесница,

И вновь разрушит время Колизей.

 

***

Я жду тебя, как в засуху дождя.

Я жду тебя, как ждут в ненастье ведро. *

Я жду тебя, как массы ждут вождя.

Я жду тебя влюбленно, жадно, гордо.

Я жду, забыв, что все предрешено.

Я жду напрасно, болью истекая.

Я жду тебя, как пьяница, вино.

Я жду тебя, но ты всегда другая.

Я жду тебя, предчувствуя удар.

Я жду тебя в преддверии разлуки.

И ты пришла, как будто божий дар,

И мне вручила душу на поруки.


*Ведро – ясная погода


 

***

Смешались дни, года, века.

Все в этом мире многолико.

И правосудие пока

Творит продавшаяся Ника.

И неподсуден, кто судим.

И обвинён невинный в краже.

И гибнет мир, как древний Рим,

В амбициях, ажиотаже.

Все продается, все в цене:

Грядущий день, былые лета -

И я продамся, если мне

Отрубят голову за это.

 

***

Ты и я обречены.

Мы в оковах нашей плоти.

Мы несем наш груз вины.

Мы стоим на эшафоте.

 

Блещут остро топоры.

Широка седая плаха.

На земле горят костры

Иисуса и Аллаха.

 

Мы наказаны за грех.

Веселятся скоморохи.

Мир расколот как орех

На кровавые эпохи.

 

***

Давай с тобою выпьем чаю.

Давай на кухне посидим.

Я о тебе всегда скучаю

В плену прошедших лет и зим.

 

Давай ножом открою шпроты.

Давай о жизни расскажу.

Я на тебя гляжу как готы,

Столетья варварски гляжу.

 

Давай с тобой былое вспомним.

Давай с тобой поговорим.

И души радостью наполним,

Как золотом амбары Рим.

 

***

Прошу, ко мне не привыкай.

Я многолик и переменчив.

Я от природы влюбчив в женщин.

Я совмещаю ад и рай.

 

Прошу, меня не приручай.

Живу, не признавая, чувство.

Я как продажное искусство.

Я ойкумены ломкий край.

 

Прошу, не оставляй мой дом.

Меня окружат псы и суки.

Но как смогу дойти до сути,

Не пережив Армагеддон?

 

***

Не просто поле перейти.

Найти себя в просторном мире.

Пересекаются пути

И время обрывает гири.

 

И дни мои как чет не чет,

И жизнь как рабство на галерах,

И смотрит в небо звездочет,

Живя в иных мирах и эрах.

 

И в неизбежности конца

Земля спешит остановиться, -

Хочу я не иметь лица,

Чтоб не краснеть за ваши лица.

 

***

Никто не избежит суда.

Суд неизбежен как зима и лето.

Мы все придем в итоге дней сюда

Держать ответ, боясь в душе ответа.

 

Нам время зачитает приговор.

Во власти Бога мы и Люцифера.

И воровавший будет назван вор,

И лицемер объявлен лицемером.

 

И истину откроет скальпель дней.

И обнажится скрытое пугливо.

И Богу станет стыдно за людей,

И Люцифер поморщится брезгливо.

 

***

Наступит день, и я свой суд свершу.

Приговорю себя к суровой казни.

За то, что в буднях нахожу я праздник,

За то, что безответственно грешу.

 

Я трезво зачитаю приговор.

Последнее скажу спокойно слово.

И казнь мою одобрит Иегова,

И поглядит в глаза мои в упор.

 

И я раскаюсь, я сгорю в огне.

Я казнь приму спокойно и смиренно.

Все в этой жизни временно и тленно,

Но вечно жить еще страшнее мне.

 

Из сборника «Притяжение жизни», 2006

***

Ничего мне от жизни не надо.

Потерять ничего не боюсь.

Ты - моя долгожданная радость.

Ты - моя осторожная грусть.

 

Ты моё обреченное лето.

Ты из прошлого будущий знак.

Ты - моё ощущение света.

Ты - придуманный мной зодиак.

 

Ты и горе мое, и отрада.

Ты светла, как бескрайняя Русь, -

Ты - моя запоздалая радость,

Ты - моя неизбежная грусть.

 

***

Расколото время на части,

Как грецкий ядреный орех.

И сфинкс изрыгает из пасти

В века саркастический смех.

 

И катится в прошлое эра,

Оставив озноб немоты,

И гонят рабов на галеры,

И ставят для пыток кресты.

 

И душу спасти - невозможно,

И тело распять - дважды два,

И время звучит односложно,

И страх выжигает слова.

 

***

Друг пред другом я и ты в долгу.

Правда жизни тяжела, как ртуть.

Слов твоих безжалостную суть

Я постичь душою не могу

 

Не могу сказать: уйди навек.

Не могу сказать: останься рядом.

Плачет город, словно человек,

И взирает обреченным взглядом.

 

И дома из многолетней мглы

Выплывают злобно, словно рифы, -

Я и ты безжалостны, и злы,

И горды, как мраморные скифы.

 

***

Дай мне время остыть от стыда,

Дай мне разум обдумать заботы,

Дай мне силы уйти навсегда,

Как ушли из истории готы.

Дай мне память забыть наши дни,

Дай скрижали запомнить былое,

Дай мне веру, что мы не одни

В этом мире озноба и зноя.

Дай мне знанье, которого нет,

Дай мне волю осилить невзгоды,

Дай мне в руки божественный свет,

Убивающий страх непогоды.

 

***

Набухает тишина.

Бродит лето по ухабам.

Ясно видно из окна,

Как крадется месяц к бабам.

 

И, не ведая преград,

Ручеек сквозь мрак сочится,

И, раскинув крыльев фрак,

Смотрит в ночь ночная птица.

 

Шелестят стеблей тела.

Зябко цокают цикады…

Тишина добра и зла,

Словно эхо канонады.

 

***

Когда грохочет бой часов,

Когда скрестило время шпаги

И вой голодных Гончих Псов,

Пугая, требует отваги.

 

Когда качаются миры

На тонких нитях кукловода,

И вновь восходят на костры

Средневековые народы.

 

Когда качание Весов

Нам обещает пир свободы,

Я слышу голос Гончих Псов

Сквозь неба каменные своды.

 

***

Ты - бездонное, чистое небо,

Ты - надежды восторженный свет,

Ты - мой вечный, единственный ребус,

Ты - мой Старый и Новый Завет,

Ты - желанная сердцу интрига,

Ты - отвага надломленных лет, -

Ты моя драгоценная книга,

Что хранит беспощадный ответ.

 

Из сборника «Гипоксия», 2006

***

Пою пролетарские гимны.

Маркетинг читаю взапой.

И верю в величье Отчизны,

Хотя и не знаю какой.

 

И все обновляется вроде,

И биржи открыты уже,

И может смышленый Мавроди

Снести мне яйцо Фаберже.

 

И рынок навис, словно тучи,

И в душах царит балаган,

И ваучер в руки мне вручен,

Как деду вручали наган.

 

***

В небе звезды, в поле темень.

Дрожь деревья довела.

Я ни с этими, ни с теми

Не хочу иметь дела.

 

Я не вор и не святоша.

Я - нормальный гражданин.

Я люблю, когда пороша

Осыпает синь осин.

 

Я люблю пойти из дому

В лес по снежной целине,

Только стало по-иному,

Зло и холодно в стране.

 

Нет ни совести, ни чести

У рабов и у вельмож:

Верховодят псы и черти,

И царит царица ложь.

 

***

Над тобою солнце светит,

Надо мной идут дожди, -

Словно маленькие дети

Наши новые вожди.

 

Над тобою небо в тучах,

Надо мною ясный свет, -

Власть – игра, где правит случай,

Власть - игра, где правил нет.

 

А у нас иные страсти.

Дела нет до игр вождей:

Мы желаем просто счастья,

Царства солнца и дождей.

 

***

Жестока линия судьбы.

Как псы терзают тело годы.

Мы в предвкушении свободы.

Мы - испокон веков рабы.

 

Над нами движутся миры.

Над нами властвуют кумиры.

Сжигают нашу плоть костры

И выпивают кровь вампиры.

 

И мы свободны в рабстве лет.

И мы рабы своей свободы.

И слышим вновь: «Да будет свет»,

И видим тьмы седые своды.

 

***

Расколото жизни лото.

Разломано лоно природы.

Мне снова не нужен никто:

Ни старой, ни новой породы.

 

Не надо мне знойных речей,

Хулящих застойные годы.

Хочу я остаться ничей

В оковах желанной свободы.

 

Не нужен мне выигрыш дня.

Не надо судьбы коромысло.

Какая в России херня,

Какая дисперсия смысла.

 

***

Мне чужды и те и эти.

Те и эти с барышом…

Я живу на белом свете -

Тихо, мирно, хорошо.

 

Матерю и тех и этих,

Словно истину твержу.

И живу на белом свете -

Тихо, мирно, не тужу.

 

Не хочу богатства этих.

Не хочу величья тех.

По хер - кто такие эти.

По хер - кто такие те.

 

***

Тихо, тихо за окном.

Спит вселенная тревожно.

Осторожно дышит дом.

Дышит время осторожно.

 

Осторожная луна

Пробирается сквозь годы.

Осторожно спит страна.

Осторожно спят народы.

 

Но тревогою полны,

Замирают в парке липы

И сквозь сумрак тишины,

Льются лип глухие всхлипы.

 

И вселенная во мгле

Вздрогнет вдруг, зевая сонно…

Тихо, тихо на Земле,

Как в душе моей, бездонно.

 

Из сборника «Бесправие души», 2008

***

Доверить душам поиск правды,

Пренебрегая правом тел.

Какое ты имела право,

Какое право я имел?

 

Глядеть влюбленно очи в очи.

Стоять напротив, как враги.

И, канув в бездну дня и ночи,

Не видеть в будущем ни зги?

 

И, наконец, укрывшись в травы,

Где вяжут вечность мураши,

Телам доверить право правды,

Признав бесправие души.

 

***

Мне с тобой и весело, и страшно.

Будто я давно уже не я.

И лежит растерзанная пашня,

Ощетинив золото жнивья.

 

И скворцы, свои одернув фраки,

Бродят по кровавой борозде.

Я стою на солнце, как во мраке,

Думая о собственном гнезде.

 

Все прошло, чтоб снова повториться.

Жизнь пылает, словно чернозем.

Ты моя обугленная птица.

Ты моим охвачена огнем.

 

***

Сижу я одиноко,

Задумчиво гляжу,

В спокойствии пророка

Я радость нахожу.

 

Я ожидаю ливня.

Кипенья струй хочу.

Твоё шепчу я имя,

Как будто бы кричу.

 

И ничего не знаю,

И всё известно мне...

Я слышать начинаю

В кричащей тишине.

 

Я вслушиваюсь в небо,

Я слышу шум листвы

И верю в быль и небыль –

Людей, огня, травы.

 

***

Грядущее в тумане,

И прошлое во мгле -

Погрязли мы в обмане

На маленькой Земле.

И выглядит нелепо

Попытка бытия,

И смотрит в небо слепо

Любимая моя.

И веры нет пророкам,

И торжествует страх.

И царствует жестокость,

И мрак царит в умах.

И камнепад событий

Грохочет, хохоча, –

И повседневность быта

Страшнее палача.

 

***

Бьют ритмично барабаны.

Свищут пули у виска.

В бой идут в России кланы,

Как отборные войска.

 

Крепнет клановое братство,

Взяв в оковы города.

Русь моя - мое богатство.

Русь моя – моя беда.

 

Главари глядят жестоко.

Зреет истины тоска:

Кланы – это воля рока,

Кланы – это на века.

 

***

Балансирую я как на лезвии.

Равновесье ловлю и молчу.

Не хочу я родиться в Силезии,

В штате Юта я жить не хочу.

 

Что мне знойное лето Италии?

Что мне Франция? Я не шучу.

Не хочу я родиться при Сталине,

И при Брежневе жить не хочу.

 

Что мне делать? Не знаю решительно.

Где родиться, поехать куда?

Равновесие духа – значительно.

Колебание духа – беда.

 

***

Не пора ль послать подальше

Все, что было, все что есть –

В нашей жизни столько фальши:

Как спокойно пить и есть?

 

Не пора ль сказать друг другу:

Все что было, то прошло.

И податься ближе к югу,

Где, как в Африке, тепло.

 

Где в садах созрели фрукты,

Где верблюды, жар пустынь…

И высиживает утро

На баштане яйца дынь.

 

***

Ничего не имею,

Ничего не боюсь,

Я влюбляться умею.

Верю в светлую Русь.

 

Я имею просторы,

Мне даны на века

И Уральские горы,

И Обдора-река.

 

И, листая достойно,

Листья ласковых дней, –

Я взираю спокойно

На забавы царей.

 

Ничего мне не надо,

Ни кола, ни двора, –

Отторжение смрада.

Притяженье добра.

 

***

Ищу, не находя ответа.

Мир – словно мутное стекло.

Как не хватает людям света,

Хотя на улицах светло!

 

Как не хватает людям счастья,

Хотя веселье дней царит:

Не то желание участья,

Не те вельможи и цари.

 

Нет глубины в звучащей гамме.

Мы все свои и не свои.

В большой российской новой драме

Нет состраданья и любви.

 

***

Все круче зима, все снежнее.

Я сам в своем царстве царю.

Чем тише слова, тем слышнее –

Любимой своей говорю.

 

Я в прошлое кану, как в бездну,

Чтоб в будущем суть увидать.

И что нам российская бедность,

Когда на душе благодать.

 

Лихое раскается лихо

И счастье получит права,

Когда осторожно и тихо

Звучат, как молитва, слова.

 

***

Я за слово на площади.

Я за слово на кухне.

Снова вздыблены лошади –

Эх, рябинушка, ухнем!

 

Снова мы размежеваны.

Снова злы и клыкасты.

Снова люди оплеваны

И оформлены касты.

 

Снова вздыблены лошади.

Ах, калинушка, ухнем!

Но молчанье на площади,

И безмолвье на кухне.

 

***

Живу на грани. Это способ

Острее чувствовать и жить.

Ищу любовь, как верный посох:

Идя по жизни, не кружить.

 

Живу на грани. Это способ

Уйти из жизни, жизнь кляня,

Не жить прижизненно как особь,

Упав на дно большого дня.

 

Живу на грани. Это способ

Живым остаться навсегда:

И воля к жизни – главный спонсор

И путеводная звезда.

 

***

Снова новых трубачей

Призывает время бурно,

И земля полна, как урна,

Пепла выжженных речей.

 

Снова новых запевал

Ищут новые комдивы,

И во лжи своей правдивы,

Новый видя перевал.

 

Снова новых палачей

Ждут награды властелина

И людей из пластилина -

Запевал и трубачей.

 

***

Ни шороха, ни свиста.

Затишья полоса.

И голос вокалиста

Уходит в небеса.

 

И время хороводит,

И падает звезда,

И вновь сегодня в моде

Прошедшие года.

 

И дней на перекате

Стремителен поток,

И горло перехватит

Минувшего глоток.

 

И голос вокалиста

Сорвется в никуда –

И далеко, и близко

Грядущие года.

 

***

О прошлом я не забываю.

В свое грядущее смотрю.

Я сам себя перебиваю

И на костре любви горю.

 

Я никого не осуждаю.

Я никого не возношу.

Я лишь пожизненно страдаю

И настоящее вершу.

 

И мир возвышенно и тихо

На лоне времени затих, -

И нет божественней триптиха,

Чем жизни длящийся триптих.

 

***

Жизнь как будто лестница.

Дни – ступени вверх.

Лестница-чудесница:

Ты мой вечный грех.

 

Ты мое спасение,

Мой водоворот.

Вечность невезения

И везенья год.

 

И метет метелица

По аллеям лет...

И почти не верится

В завтрашний рассвет.

 

***

Что мне дела до Москвы,

До Берлина и Парижа?..

Если в золоте листвы

Ты мне в Томске стала ближе.

 

Что мне дела до царей,

До холопов и лакеев,

До священных алтарей

Египтян и иудеев?

 

Что мне дела до вина?

До столиц, рассветов, зданий?..

Ты во мне царишь одна

И не ищешь оправданий.

 

***

Обида сжигает меня, как огонь.

Мой дом покачнулся от ветра.

И рвется душа, как стреноженный конь,

И сердца разбужены недра.

 

И ласточка мысли сидит на окне.

Сверкает зари алюминий.

И время меня убивает во мне,

Пронзая тревогою линий.

 

И я ухожу, я пытаюсь уйти,

Но вновь возвращаюсь к порогу,

И небо ко мне не спешит снизойти,

Как я восхожу к его Богу.

 

***

Кто я в жизни новой?

В чем моя стезя?

Я живу хреново,

Как Россия вся.

 

Рыбку ловят суки.

Прут из общака.

Я же пью от скуки:

Счастье на века!

 

В поиске ответа

Бой веду с собой:

Кто я в жизни этой?

Что я в жизни той?

 

***

Падал тихий свет заката.

Стыло олово воды.

И глядели виновато

Утомленные сады.

 

И пыхтели паровозы,

И гудели катера,

И дари девкам розы

Опера и фраера.

 

И по небу полусонно

Тучи плыли, морща лбы,

И глядели в ночь влюблено

Полусонные сады.

 

И вздыхали глыбы зданий,

Словно жабы в тишине,

И молчало мирозданье

Отраженное во мне.

 

***

Зачем я слышу тишину?..

Зачем гляжу в пространство яро?..

Зачем живу в твоем плену,

Застыв на грани крутояра?

 

Зачем я мыслю, ощутив?..

Зачем мне чувства – знаки Морзе?..

Зачем во мне живет мотив,

Застыв в клавиатуре мозга?

 

Зачем мне этот звукоряд?..

Зачем мелодия тревоги?..

Зачем я столько лет подряд

Иду к тебе, хоть нет дороги?

 

***

Ощущаю дальний рокот,

Журавлей летящих строй.

Ощущаю робкий ропот

Всех ушедших в мир иной.

 

Ощущаю недовольство

Молодых и пожилых.

Ощущаю я невольно

Ропот временно живых.

 

Ощущаю рокот смерти

В робком рокоте тоски...

И на том, и этом свете

Все не так, не по-людски.

 

***

Вновь умереть, и снова возродиться.

Восстать из пепла, из небытия.

И став иным, иначе удивиться

Энергии журчащего ручья,

 

Тоскующей, нахохлившейся роще,

Волнующему трепету росы.

И, упрощая мир, не делать проще,

Мгновения суммируя в часы.

 

И, глядя на взволнованные лица,

Навстречу всем и каждому идти

И, вновь встречая, снова удивиться

Тому, что жизнь смогла изобрести.

 

***

Да, пусть тебя не омрачает боль.

Я мир тебе на память завещаю.

Любимая – дарю тебе любовь

И больше ничего не обещаю.

 

Любимая, я скоро ухожу.

Пора открыть иные измеренья.

Но истину простую я твержу:

Всего превыше собственное мненье.

 

И среди мира мнений и теней

Себя мгновеньем жизни угощаю.

Любимая, люблю тебя сильней,

И больше ничего не обещаю.

 

***

Вновь на Руси переполох.

Идет на Русь орда иная.

И глашатай кричать оглох,

Меня на битву поднимая.

 

Борюсь с собою за себя,

Отринув личные невзгоды,

Я должен, родину любя,

Стать гордым узником свободы.

 

Я должен выжить, чтобы жить,

Иной не кланяясь элите, –

Вставайте русские бомжи,

И Русь, свой дом – себе верните.

 

***

Мне снова снилось лето.

Июльское тепло.

И новая планета,

И старое село.

 

Мне снова снились лица

Усталых площадей,

И золото живицы,

И возгласы людей.

 

Мне снова снились кони,

Пожары и костры.

И дней прошедших кроны,

И новые миры.

 

Мне снова снился ветер,

Крадущийся во мгле,

Как будто я в ответе

За хаос на Земле.

 

***

Кому дорога в небо,

Кому дорога в ад.

Я рад краюхе хлеба,

Я жизни этой рад.

 

Живу неторопливо.

Как будто не спешу.

Светло и сиротливо

Судьбу свою вершу.

 

И тишина столетий

Ко мне благоволит.

Но ковыляет лето,

Как жалкий инвалид.

 

Взойдут, как знаки, годы,

Суровый суд верша...

На паперти свободы

Унижена душа.

 

***

Всё у меня о России,

Даже когда о себе.

В. Соколов

Тихо светает в избе.

Жив, безвременье осилив.

Всё у меня о себе,

Даже когда о России.

 

Ты появилась в судьбе,

Сбросила ложь, обессилев.

Всё у меня о тебе,

Даже когда о России.

 

Ветер стенает в трубе.

Новый приходит мессия.

Все о себе и тебе,

Даже когда о России.

 

 


 

Р В Р’В build_links(); ?>